Констанс О`Бэньон - Плащ и мантилья

Но Уит уже возился со своими брюками.

Рейчел знала, что будет бороться до последнего. Она рванулась изо всех сил, и тогда Уит ударил ее по лицу так, что она почувствовала вкус собственной крови.

– Лежи спокойно! Я сделаю с тобой то, о чем мечтал каждый раз, когда видел тебя. Со мной тебе будет лучше, чем с этим ублюдком Ноублом.

В этот момент дверь открылась, и в комнату проник луч света. Увидев силуэт Уинны Мей, державшей лампу, Рейчел крикнула:

– На помощь!

Уит застыл с приспущенными брюками.

– Какого черта?..

– Мисс Рейчел, – заговорила Уинна Мей так спокойно, словно обсуждала погоду, – я оставила молоко на плите. Вам нужно что-нибудь еще?

Уит поспешно поднялся, натягивая брюки.

– Рейчел сама позвала меня сюда! Она сама на это напросилась… – Подойдя к экономке, он прошипел: – На вашем месте я бы не рассказывал об этом моей жене. Делии незачем знать, что ее сестра – шлюха.

Уинна Мей говорила очень тихо, и тем не менее ее голос проник в одурманенное алкоголем сознание Уита:

– Если вы еще раз хотя бы подойдете к Рейчел, я убью вас. Мы, индейцы, умеем управляться с такими, как вы, для начала отрезая им кое-что.

Уит повернулся и вышел в коридор – его спотыкающиеся шаги вскоре стихли за дверью спальни Делии.

Рейчел все еще не пришла в себя после удара. Поднявшись с пола, она рухнула на кровать, дрожа всем телом.

Уинна Мей поставила лампу на стол, подошла к Рейчел, убрала волосы с ее лица и нахмурилась при виде кровоточащей губы и синяка на щеке.

– Он добился своего? – спросила она, прикрыв Рейчел одеялом.

Всхлипывая, Рейчел обняла экономку.

– Нет, но добился бы, если бы ты не пришла вовремя. Я ненавижу его! Никогда в жизни я так никого не ненавидела! Бедная сестра – она вышла замуж за чудовище. Неудивительно, что Делия пьет слишком много…

Уинна Мей прижала ее к себе и принялась укачивать, как ребенка.

– Тише! Больше он тебя не обидит. Я с тобой. Постарайся заснуть.

Но Рейчел сбросила одеяло и вскочила с кровати.

– Я не могу спать! Я чувствую на себе его руки… – Она обхватила себя за плечи, пытаясь унять дрожь.

– Дорогая, ты перенесла шок и должна поспать.

– Как я могу спать под одной крышей с этим человеком?! – В голосе Рейчел звучал панический ужас. – Я хочу, чтобы он немедленно убрался из «Сломанной шпоры» и никогда сюда не возвращался.

– Тебе нужно поспать, – повторила Уинна Мей. Откинув покрывало, она снова уложила Рейчел и укрыла ее. – Я побуду здесь на случай, если понадоблюсь тебе.

– Ты не уйдешь?

– Конечно, нет.

Рейчел наконец заснула. Она просыпалась несколько раз, боясь, что Уит опять окажется в ее спальне, но при виде Уинны Мей засыпала вновь.

19

Рейчел проснулась от солнечного света. Вспомнив о том, что случилось ночью, она побледнела и испуганно огляделась вокруг. Ей казалось, что в борьбе с Уитом она истощила всю энергию, и теперь чувствовала себя обмякшей, как тряпичная кукла.

До прошлой ночи Рейчел никого не боялась и не сознавала, что могут возникнуть ситуации, когда она окажется совершенно беспомощной. Уит наверняка захочет с ней расквитаться. Но теперь она будет настороже и всадит пулю ему в башку!

Дверь открылась, и вошла Уинна Мей, неся поднос с завтраком.

– Я подумала, что тебе лучше поесть в кровати и поспать еще часок.

Рейчел молча покачала головой.

– Они уехали на рассвете. Делия просила передать, что напишет тебе.

– А Уит?

– Никогда не видела человека, который бы так торопился уехать. Делия хотела разбудить тебя и попрощаться, но он потащил ее вниз к экипажу. – Экономка улыбнулась. – Очевидно, у такой важной персоны, как Уит Чандлер, всегда много дел. – Она поставила поднос на колени Рейчел. – Ешь!

– Я не голодна.

– Вчера ты почти ничего не ела, так что тебе нужно позавтракать.

Рейчел со вздохом повиновалась.

– Ты должна выкинуть из головы прошлую ночь. – Уинна Мей села в кресло-качалку, принадлежавшую матери Рейчел. – Больше он не подойдет к тебе – я об этом позабочусь. Если бы кто-нибудь из наших ковбоев узнал, что произошло, они бы расправились с ним по-индейски – кастрировали бы его.

Глаза Рейчел испуганно расширились.

– Не рассказывай им ничего! Никому не говори, что здесь случилось!

– Конечно.

Рейчел подцепила вилкой кусок яичницы.

– Я думаю о Делии. Она замужем за монстром, и мне жаль ее.

– Делия не нуждается в твоей жалости, – с обычной прямотой заявила Уинна Мей. – Она знала, что делает, выходя за Уита.

Рейчел вспомнила, что сестра говорила ей почти то же самое. Она отодвинула поднос и откинулась на подушку.

– Я всегда думала, что заниматься любовью чудесно. Но Уит показал мне, что ничего чудесного в этом нет. – Озноб пробежал у нее по спине. – Это было так мерзко!

– Но ведь это не любовь. – Глаза Уинны Мей засияли, словно она вспомнила что-то очень хорошее. – Настоящая любовь прекрасна.

Рейчел подумала о Ноубле и закрыла глаза.

– Хотелось бы тебе поверить.

Сбросив одеяло, она подошла к окну, посмотрела на дальний горизонт и набрала воздух в легкие, стараясь забыть тошнотворные прикосновения Уита. Какие же муки терпит ее сестра, живя с этим человеком!

– Я хочу верить, Уинна Мей, что существует любовь, дарящая радость и душе, и телу. Но после того, что случилось ночью…

– Я знала такую любовь, – тихо сказала экономка.

Рейчел подошла к кровати и села, удивленно глядя на Уинну Мей. Она пыталась представить ее с мужчиной, но это было очень трудно.

– Ты любила кого-то?

Уинна Мей закрыла глаза:

– Моя любовь была так чиста и прекрасна, что она остается со мной спустя все эти годы.

– Расскажи мне, – попросила Рейчел.

– Я никогда не рассказывала об этом ни одной живой душе, так что это будет нелегко. – Некоторое время Уинна Мей молчала, погрузившись в воспоминания. – Мой отец был белым человеком, охотником на бизонов, а моя мать была из племени кайова. – Она сделала паузу, собираясь с мыслями. – Меня назвали в честь матери моего отца. Он уехал, когда я была ребенком, и не возвращался до той весны, когда мне исполнилось шестнадцать. Моя мать умерла, и надо отдать справедливость моему отцу – он сделал то, что считал правильным: отдал меня в школу-интернат. Там я чувствовала себя жалкой. Все другие девочки были белыми и либо смеялись надо мной, либо не обращали на меня никакого внимания. Я старалась хорошо учиться и никого не замечать. Эти годы не прошли даром, так как я получила хорошее образование.